воскресенье, 25 ноября 2012 г.


Пустые вагоны оставлены нами.
Заполнятся тут же другими,
И наши поездки окажутся снами
Чужими, кому-то родными.
Конец всегда близок и очень заманчив:
Ведь после другие вагоны.
Но выйдя, замолкнем. Наш довод обмачив.
Другие у мира законы.

Песок ссыпается сквозь корни,
Вода стекает меж камней.
Уходит все, а мы лишь помним,
И жизнь дрожит среди смертей.
О чем ты думаешь в минуты
Бескрайней, громкой темноты?
О том, кто здесь? А Там живут ли?
А кто Потом, когда не ты?
Моя игра проходит в этих декорациях.
А кто сыграет здесь после меня?
Кто после будет видеть реформации,
Со мной одно и то же говоря?
Найдутся ли у этой пьесы зрители?
Их будет, может, больше, чем моих...
Меня они потом вообще увидят ли,
Или навечно мой спектакль для двоих? 

Россия. Кажется.

Россия, кажется, одета
В холодный траур, и давно.
Под похоронный марш монеток
Шагает гордо, но на дно.
Румяны щеки, но в морщинах,
И руки нежные слабы.
Кого хоронит? В чем причина?
Другой конец хотела бы?

воскресенье, 11 ноября 2012 г.

Сильная женщина.


Холодный взгляд, усталые ресницы,
Покой и тишина в ее лице.
Для всех она свободнее чем птица:
Весь их доход в одном ее кольце.
Она пройдется- сердце леденеет,
В ней грации бездонный океан,
Грустить она как будто не умеет,
Особый дар ей кем-то точно дан.
Она- вершина, что укрыта снегом,
Она - тот айсберг, что не одолеть,
Она победно-недоступная  как небо.
Она всесильна: страшно и смотреть.
Железная и стойкая как вечность,
В глазах ее так трудно разглядеть
Ту чувственность и женскую беспечность,
И нет в ней этого «мне нечего надеть».
А видят ли ее на самом деле?
В момент, когда приходит в дом она?
Без камуфляжа на усталом ее теле,
Когда голодная и полностью одна?
И на щеках когда уж лед совсем растаял
От жара старых слез и коньяка,
Когда ей вспомнится, как Тот ее оставил,
И после как наелась мышьяка.
Когда не хочется ей больше ни минуты,
Когда бессилие готово удушить,
Когда так хочется покончить с этой смутой,
Когда теряется оттенок слова «жить».

пятница, 9 ноября 2012 г.

Наше Благоустройство.

Завершился конкурс " Самое благоустроенное городское или сельское поселение". Медведев объявил победителей.
1-ое место- Саранск.
2-ые места Томск и Ульяновск.
Жители негодуют : с каких пор их города стали благоустроенными?


В оголтелой столице наскучило жить.

Сердцу нужны перемены.
Быстро в котомку весь хлам уложить
И убежать прочь из плена.
Это мой план на сегодняшний день.
Дмитрий Медведев, спасибо!
Вы наконец-то отбросили тень
С мест наилучших, красивых!
Я теперь знаю, что выбирать,
Знаю , где лучше устройство!
Вы научились-таки помогать.
Спасибо за беспокойство.
Я теперь знаю, что ужас подъездов,
Страх перед детской площадкой,
Грязь и разруха, проблемы проездов,
Стоит побед беспощадных.
Дмитрий, родной наш, где ваши глазки?
Где же здесь благоустройство?
Любите вы позитивные краски…
А у народа- расстройство.
По Макъявелли вам выглядеть нужно
И честным, и добрым, и славным.
А вы все о конкурсах. Как это грустно.
Обманы совсем не забавны


Стабильность.



Оно как-то глухо и вяло мычит,
Прячет свой взгляд без того исподлобья.
Рядом с ним Женщина мрачно молчит,
Кожа красна, как огонь преисподней.
Крика из губ Ее больше не выйдет,
Все же смирилась : ребенка растить.
Если малыш ее это увидит?
Сможет ли снова все это простить?
Руки в царапинах нервно вздымаются,
Пальцы, трясутся, хватают «оно».
То взвоет вдруг, вроде как защищается,
Но а на деле ему все равно.
Слезы впитав еще в первые годы,
Женщина тихо прощает его.
Все же не вылечить этой породы,
Трезвость- ее, алкоголь для него.